Ирина ХАРЛАН: «ДЛЯ того, чтобы говорить о внуки вернемся после Рио»

Фото Павла КУБАНОВА, «СЭ»

Менее ста дней осталось до открытия летних Олимпийских игр в 2016 году. Предстартовое волнение охватывает не только чиновников и выиграл лицензию на спортсменов, но и родителей наших олимпийцев.

Об этом и многом другом обозреватель «ОН» распросил мать сторонники Пекина-2008 в команде и бронзового призера Лондона-2012 в папке управления саблистки Ольга Харлан.

ОЛЯ ЗАКУСЫВАЛА ГУБЫ, НО ВИСЕЛ ДО ПОСЛЕДНЕГО

— Ирина Гариевна, вы можете вспомнить, как Оля впервые взял в руки оружие?

— На самом деле, сначала мы, как и любая красивая девушка, и отдали ее на бальные танцы, прозанималась три года, и чувствовала себя вполне органично. Были своего рода победа, она выступает активно на две категории с двумя партнерами. Вы знаете, дефицит мальчиков — главная проблема всех студий танцев.

Но потом, видимо, взыграло спортивное прошлое всей нашей семьи. Олина бабушка занималась волейбол, дедушка — box, а папа плавание и парусный спорт, впоследствии, учил молодых навигаторов. И вот, однажды, в разговоре с крестным папой дочери — Анатолий Шликарем — родилась идея привести Олю занятости молодых саблистов.

— Когда вы поняли, что фехтование — это то, что называется, они?

— На первом занятии дочь в разделе. Сначала дети требовали, чтобы бегать и прыгать, а затем произошло что-то интересное. Тренеры дали задание: повесить на турнике, и остановились на стимуляции, кто провисит дольше остальных, будет настоящий сабельный клинок…

Прошло довольно много времени, и родители обнаружили, что в воздухе остались только два человека — Ольга и еще один мальчик. Моей дочери пришлось нелегко: руки затекали, она изменила что-то повисит на левой, затем на правой, а затем снова обе. И, хотя никакого лезвия не было, потому что этот парень был, висит час или даже более того, они поразительно упорство — то, как она закусывала губу, чтобы страдать, и, чтобы не упасть красноречивых, чем любые слова, подчеркнуть ее желание быть здесь лучшим.

— Вы принесли неоднократно дочь в пример итальянскую рапиристку Валентина Веццали, которая стала олимпийской чемпионкой в 38 лет, имея в этом родить двух детей…

— Ну, конечно, я хочу понянчить внуков. Но ни старшая дочь — Татьяна, которая также будет поддерживать Олю на Олимпийских играх в Рио, ни сама Ольга мы с мужем пока не подарки. Вот и гадаем: кто из них осчастливит потенциальных бабушка и дедушка перед. (Улыбается).

— В себя, Ольга не делилась с вами его, после олимпийских планов?

— Мы надеемся, что, может, в конце сезона она и ее муж смогут спокойно оставаться какое-то время вместе и сделать перерывчик в ее насыщенной карьеры. В конце концов, обе дочери очень любят детей, но есть уважительная причина под названием «карьера»…

— Еще один вопрос почти интимного свойства: идти ли по старой доброй традиции в канун отъезда в Рио с дочерью в церковь, чтобы освятить задача?

— Ой, все-то вы знаете… (Улыбается). Оля, когда мельком сказал об этом обычае еще в 2008 году, а затем я начал следовать ему каждый год. Мы делаем так, и теперь, потому что это ритуал, который приносит удачу. Мы вообще часто ходим в церковь — там как-то успокаиваешься. И, хотя говорится, «надейся На Бога и сам не плошай», но ты идешь и небольшая надежда, что Боженька все видит, и он будет ценить труд каждого человека, его заслуг.

ПОСЛЕ ДОЧЬ «СИДЯ» НА ОВСЯНОЙ

— Восемь лет назад, после победы в Пекине, девочки дали именному «Peugeot». Такой Галина Пундик на руле можно увидеть в Киеве и в Нетешине, а как поживает ваш красный экземпляр?

— Оля что-то давно купил другую машину, а в этом идем мы с мужем. Недавно я был само собой разумеется, что в 50 лет жизнь действительно начинается заново. Например, стал медленно заниматься бизнесом, сдала на права… сама по Себе, иногда мне подходят люди, спрашивают, что пять разноцветных колец на капоте и определенное количество «ОЛЯ», а я отвечаю: мол, да, это правда, я ее мама».

— С милиционерами инцидентов происходит?

— Иногда, да. Но, как правило, заканчивается хорошо. Желаю Оле победы и выпустили. Так что, в этом смысле, должен признаться, что я немного грешна. (Улыбается).

— Но что-то писал и даже немолода. Не барахлит?

— Да, вот, недавно, пошел к Олиной бабушке позвонили на телефон. Прижалась к обочине, чтобы говорить спокойно, а мимо на большой скорости проносится грузовик, и из него вышел камень и… сломать мне заднее стекло. Хорошо — не спереди, в противном случае, мы бы никогда не достигли. Что касается технического состояния автомобиля, — считает наш отец. Вот действительно, кто щепетилен и внимателен к каждой детали: и помоет, и ему послушен, если необходимо… А мы с Ольгой легче к этому отношение.

— В детстве Ольга любила хлеб с кетчупом, и салат из печени трески. Вкусы не изменились?

— Как изменились. В последнее время, когда моя дочь была немного меньше, в каждый приезд готовила много всевозможных и сельдь под шубой, и салаты, и в настоящее время является правильное питание. Спрашиваю: «Ольга, что же приготовить?» — «Мама, ну, ты знаешь, все — паровая красная рыба или филе в него с овощами».

— Какое мясо?

— Может быть тот же паровая ванна курица… Но теперь, пожалуйста, ему было труднее. (Смеется). Правильное питание и нужно, чтобы приготовить должным образом. За исключением того, что иногда салатик мы едим вместе. А дочь меня подсадила на овсянку с медом. Запариваем утром на воде, можно добавить орехи и фрукты, а я — минималистично: только каша и мед.

— Папа еще держится?

— Да! Я овсяные хлопья не по вкусу. (Улыбается).

ПО УТРАМ БЕГАЕМ ВМЕСТЕ С ВЕРОНОМ

— Какие три ассоциации возникают у вас при упоминании Рио-де-Жанейро?

— Ну, во-первых, это, конечно, Остап Бендер. Его белые брюки и классическая фраза: «Да, это не Рио-де-Жанейро». Кроме того, естественно, бразильский карнавал. И еще — бедные районы, в которые мы, вероятно, не будет идти…

— Так называемые фавелы?

— Да. Я помню, что, когда в свое время смотрели бразильские сериалы, в них нам показали только миллионеры. Но у нас кум ходит в рейсы, и говорит, что обеспеченных людей здесь очень мало. Жаль, что все люди в мире не поможет, как правило, все зависит от самого себя. И если раньше говорили «Богатые тоже плачут», теперь хочет, чтобы бедные часто смеялись.

— Как поживает ваш милый семейный — многодетный папа, лабрадор Верон?

— К сожалению, теперь наш красивый страдают от дисплазии тазобедренного сустава, и будем держать на обезболивающих. Он у нас — еще не старичок, пошел всего пять лет, но дисплазия, к сожалению, популярная болячка на выведенных генным же породы, к которым относится, в частности, лабрадоры и сенбернары. И по-прежнему держать на диете, потому что в зимнее время не Верончика было несварение желудка, и он здорово ослаб. Но ничего: теперь вместе делаем зарядку по утрам, бегаем для поддержания хорошей форме.

— Вы так и не признались, каким видом спорта занимались в детстве?

— Плавание — от 6 до 12. Затем мне запретили ходить в бассейн из-за отита. Кто знает, может быть, тоже был бы чемпионом? (Улыбается). А с мужем мы не просто плавали в параллельных группах, но и учиться в параллельных классов.

— Ирина Гариевна, вопрос не в бровь, а в глаз. Вот, даже сейчас, кто-то в будущем, вы будете гарантировать, что Ольга победит в Рио медаль. Но… не золото и серебро, чтобы у вас в дом-музей образовался полный олимпийский комплект. Я согласен с таким вариантом?

— Вы знаете… Я согласен на все.

— Все, что, так сказать, блестит?

— На все, чтобы мне не предложили. Я и Оле я всегда говорю то же самое: независимо от того, место вы не заняли, в любом результате ты наша дочь, мы тебя любим, как и по всей Украине.

Михаил СПИВАКОВСКИЙ, Спорт-Экспресс в Украине

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.