«Идти нам некуда!»

«Мы всe пoд удaрoм»

Глaвa Чeчни Рaмзaн Кaдырoв oпубликoвaл видeo, в кoтoрoм oппoзициoнeры Миxaил Кaсьянoв и Влaдимир Кaрa-Мурзa «взяты нa прицeл». «Рaньшe в Дeбaльцeвe, гдe нaxoдится ближaйшaя к нaм рaйoннaя бoльницa, oн был в рeaнимaции шeсть рaз зa гoд, прoстo внeзaпнo нaчинaл зaдыxaться и синeть, — рaсскaзывaeт Oксaнa. Люди шли вдoль дoрoги тoлпaми, пeшкoм. Сeйчaс ПВР oстaлись в 54 субъeктax РФ, всeгo иx 224 пунктa. Лидeры… →

«Кoгдa нaчaлся пoлный ужaс, я уexaлa с дeтьми нa такси в Белгород: Витя задыхался, «скорая» не ехала к нам 1,5 часа, — вспоминает Оксана. — Я не знаю, как быть и что теперь делать». Казалось бы, жизнь начала налаживаться. Сначала они были в Крыму, оттуда их распределили в Тульскую область. «Он спокойный мальчишка, танцевать любит, — говорит 27-летняя беженка из Луганска. У Инны есть муж, он только недавно устроился на работу на металлургический завод, разливает металл за 10 тыс. человек. человек, и 40 тыс. Да и боюсь я: у Ярослава кроме синдрома Дауна еще порок сердца, мы тут были у врачей, сказали, что операцию пока делать рано, но надо регулярно наблюдаться, а кому мы там будем нужны?»

Инна Алещенкова с семьей

А в начале февраля и муж, и дети с гриппом свалились. В самом ПВР, услышав вопрос «Газеты.Ru», бросили трубку и больше на звонки не отвечали. Из Белгорода мы уехали в Краснодарский край. — Пришлось самой колоть уколы, чтобы хоть как-то ему помочь. В пункте временного размещения (ПВР) на базе ООО «Семь столиц» Щекинского района кроме Оксаны с детьми живут еще около 100 человек. Жили они в Светлодарске, это в 17 км от Дебальцева, где в январе — феврале 2015 года шли кровопролитные бои. в месяц, Ярослав ходит в садик. Всего в России находятся 2,6 млн граждан Украины, из них более 1 млн человек — с востока страны. В ноябре Витя пошел в специализированный детский сад, Настя тоже ходит в садик, я стою на бирже труда, мечтаю куда-нибудь устроиться». «Мы вас туда не посылали»

Союз добровольцев Донбасса, объединяющий воевавших в Донецкой и Луганской областях на стороне непризнанных республик, требует, чтобы бойцы получили… →

Инна Алещенкова, которая живет в том же ПВР и тоже получила бумажку о выселении, в полном отчаянии. По данным Комитета гражданских инициатив, статус беженца получили 317 тыс. «Без медицинской помощи и реабилитации, которую получает Витя, нам не прожить, опять все наши успехи откатятся назад, — чуть не плачет Оксана. После вмешательства юристов и правозащитников их переселили на другую турбазу, откуда пока вроде бы не гонят. Из них 8,5 млрд руб. Но в конце года большинству жителей ПВР раздали бумажки-предупреждения. Но таких случаев, как в Тульской области, быть вообще не должно: эти люди приехали сюда не по своей вине, и они совсем социально не защищены, как их вообще можно выкидывать на улицу?» По ее словам, таких случаев все-таки не так много, и наше государство, конечно, в состоянии им помочь и с получением гражданства, и с работой. В конце года прошла информация, что по распоряжению правительства до 31 декабря должны быть закрыты все ПВР, однако потом ФМС попросила продлить госпрограмму помощи беженцам. В них говорилось, что в начале февраля им придется съехать из своих комнат, потому что населенные пункты на Украине, откуда они бежали, не попали в новый список ФМС (письмо ЕЕ-1/6-15159 от 26 ноября 2015 года), в котором перечислены города и села, чьи жители могут и дальше оставаться в России. Всего было развернуто 600 пунктов временного размещения, на конец 2015 года в них оставались 13 тыс. Светлодарска в этом списке не оказалось, и Оксане с детьми предложили или вернуться назад в Донбасс, или поискать себе жилье за деньги. По данным ФМС России, в 2014–2015 годах на социально-бытовое обустройство беженцев с Украины было выделено около 13,5 млрд руб. Она тоже обратилась в прокуратуру и суд с официальными заявлениями, чтобы их семью с грудным ребенком все-таки не выкидывали на улицу. И сестра, и другие знакомые едва сводят концы с концами, разбитая дебальцевская больница хотя и принимает пациентов, но нужных ребенку лекарств там нет, впрочем, как и необходимых специалистов. У нее на руках трое детей, Ярославу, у которого синдром Дауна, три года, Яне — два, Богдану будет на днях два месяца. Оксана Воробьева с детьми

Переехав в Россию, она показала Витю лучшим специалистам. «Выселение с детьми-инвалидами все-таки исключительный, даже вопиющий случай, — говорит Мария Баст из Ассоциации адвокатов России за права человека. руб. переселенцев, временное убежище — 378 тыс. «Если нас выселят, идти нам некуда», — едва не плачет Инна и угрожает наложить на себя руки. В конце прошлого года было две громких скандальных истории — в Подмосковье и Тверской области. — Тут уже нам подобрали препараты, Витя на ингаляторе, приступов нет. Оксана Воробьева уже давно подала заявление на получение статуса беженца, но ответа пока не получила. Максимально день пребывания на человека (проживание и питание) оценивается в 800 руб. Оксана поехала домой, к младшей сестре, и поняла, что возвращаться ей некуда: стекла в их квартире выбиты, внутри ничего не осталось, жить там невозможно. По словам Светланы Ганнушкиной из «Гражданского содействия», «свою пропагандистскую роль беженцы уже выполнили, а их содержание в ПВР стоит дорого». Также она обратилась в прокуратуру с просьбой не выселять ее на улицу с ребенком-инвалидом, этот статус Вите дали уже в России, и некоторые лекарства благодаря врачам они получают бесплатно. направлено на обеспечение ПВР. Все, кто хоть как-то пристроился, уже ушли из ПВР», — говорит Инна. — У нас был дом, его разбомбили, куда возвращаться? А уже потом в Тульскую область — здесь у меня одноклассница была». Оксане выдали пока питание на детей на пять дней и сказали «ждите». В последней — в Осташковском районе — беженцам предложили уехать куда-нибудь в другую область, тех же, кто не захотел, погрузили в автобусы и высадили на железнодорожном вокзале, ни билетов, ни денег им не дали. «Да мы сами уйдем, дайте нам на ноги чуток встать, денег немножко поднакопить, чтобы было на что снять квартиру. По данным комитета «Гражданское содействие», который занимается помощью беженцам, ПВР закрываются, поскольку принято решение об их расформировании. Инне, после того, как их заявлениями заинтересовалась прокуратура, сказали, что они могут остаться в центре. Оксане Воробьевой 29 лет, она мать-одиночка с двумя маленькими детьми: Насте еще и двух нет, Вите пять лет, у него синдром Дауна, эпилепсия и еще куча заболеваний. По данным представителя США в ООН Саманты Пауэр, в Дебальцеве Донецкой области было найдено 500 тел мирных жителей, которые погибли в результате обстрелов, точных данных о погибших военных с обеих сторон нет до сих пор. Оксана говорит, что и рада бы жить отдельно, не в ПВР, но пока ей даже не на что снять комнату, не то что квартиру. Сначала, по данным комитета, закрыли лагеря на границе с Украиной, постепенно освобождая все предоставленные беженцам помещения. бежавших от войны на Украине стали участниками госпрограммы переселения. — В большинстве случаев беженцы уже где-то работают, а те, кто не смог устроиться, уезжают назад. К маю, надеюсь, мы уже окрепнем и справимся сами.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.